Наказание и грех

Бабушка (точнее — прабабушка) любила повторять: «Не будешь слушаться, Бог тебя накажет.» И для пущей убедительности добавляла: «Он все видит, все знает». Странное свойство детского разума — часто повторяемое воспринимается на фонетическом уровне, но не на смысловом. Звуки слышим, а все остальное оседает где-то рядом, не оставляя после себя почти ничего. Впрочем, позже это иногда всплывает, хотя и в довольно переработанном виде.

Вот «наказание», например. Когда-то боялся, а сейчас смотрю на него как на  приемлемое и очень даже полезное дело. И вовсе не потому, что теперь и сам могу кого-нибудь наказать. «Наказывать» значит давать «наказ», другими словами — учить. А учиться я любил всегда, до сих пор продолжаю любить и конца этому увлечению не видно. А уж если «Бог накажет»… Тут такие университеты открываются, что кроме как с благодарностью к таким «наказаниям Божьим» и не знаешь как относиться. Получается — хотели испугать, а в результате страха не осталось.

Впрочем, справедливости ради, нужно отметить и «отрицательные» стороны наказания. Возможность боли, страдания, одиночества, голода или чего-нибудь подобного. Но ведь все это только ускоряет процесс выхода из таких неприятных состояний. Чем острее боль, тем быстрее мы бежим от источника такой боли или к тому, кто может помочь. Так что и здесь — смысл «наказа» вполне очевиден.

Теперь. Если мы согласны с тем, что в так называемом «наказании» больше необходимого и развивающего, чем простого бичевания, то как разобраться с тем, что многие из привыкших поучать называют «грехом»? Ведь простодушно полагая некое нарушение некоего «закона» грехом, такие доморощенные обучатели непременно обещают последующее «наказание». Даже если оно и так, то «наказ» — больше благо, чем воздаяние, верно? Получается, что «наказанием» от греха не отвратить. Очевидно чувствуя здесь явную несуразицу, нам обещают не просто «наказание», а так сказать, апгрейд предыдущей версии. Придумали тут «вечное наказание». Ага. Чтобы вопросов не возникало. Вечное и все тут. И невдомек, что «вечное» предлагается в ответ на «временное», поскольку любое наше деяние по определению является именно временным. Получается, что следствие определяет причину, хвост виляет собакой, временное стоит впереди вечного… Это какие же мозги надо иметь, чтобы напридумывать такое. Одно ясно — такие мозги не имеют ни малейшего представления о вечном, а значит и верить им сложно. Слушая такие рассуждения о вечности ничего, кроме ощущения простого и наивного лицемерия со стороны рассуждающего не остается. Хотя, не зря ведь говорят, что у страха не все в порядке с пропорциями глаз. В данном случае, глазки похоже вообще где-то потерялись…

Нет, все совсем не так. Гораздо более привлекательным выглядит подход к проблеме греха, где совсем отсутствует элемент страха. Например, такой. Грех имеет место быть. Только грех — это не нарушение закона, нет. Тем более, что сам закон в восприятии человека обязательно периодически подправляется и изменяется. Грех вообще никак не связан с чем-то внешним — будь то некий текст, или некие благонамеренные слова многоуважаемого, но все-таки другого человека. Грех — это сознательный, личный выбор. А выбирать мы можем только то, что уже так или иначе осознаем, тем или иным образом понимаем. В случае греха — это выбор повторения зла.

Каждый из нас в любой момент и в любых обстоятельствах скажет, что именно для него является злом, а что чем-то другим. Ошибкой, например. Повтор зла и есть грех. Заметим, повтор зла, которое мы знаем как зло. Повтор того, что однажды совершили и задумались над совершенным. Сделали собственный, искренний и нелицеприятный вывод, но в другой раз не смогли сдержаться. Грех — это не нарушение навязанных под страхом мифического воздаяния догм, а результат неверного выбора.

Грех — это не нарушение положительного, а повтор отрицательного. И одновременно, грех — это последняя грань, где еще можно повернуть назад. Перестать грешить, т.е. прекратить повторять зло. Покаяться, т.е. пообещать себе больше не делать подобных глупостей. Если этого не сделать, то появятся осложнения. Нам придется иметь дело с менее гармоничным, а значит более напряженным, конфликтным и проблематичным миром. Придется жить в менее комфортных условиях. Вплоть до возможного самоуничтожения. Греховный мир ведет к той или иной разновидности апокалипсиса не потому, что некто наверху начинает метать громы и молнии, а просто потому, что мы сами, через все больший повтор зла, создаем себе невыносимые для жизни условия.

Однако, как и всегда — невыносимые условия хороши именно своей невыносимостью. Они стимулируют изменения. Появляются те самые «наказы». И пусть пока мы воспринимаем некоторые из них как наказание. Это пройдет. И мы увидим, что и в этом мире, и в любом другом нет ничего такого, чего нужно бояться или опасаться. Есть только возможности для обретения опыта, который составляет основу мудрости. А мудрость нам необходима, чтобы прозревать любовь Отца, а не купаться в иллюзиях придуманного страха…

0 Комментариев

Оставить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Scroll Up
Share This