Мера невежества

Что-то мне тут страшилки стали все чаще попадаться. То молодой приспешник традиционного верования с сосредоточенно-понурым выражением лица пугает демонами, которые непременно терзают каждого усопшего; то другая крайность — серьезные дядьки, заигравшиеся в железки, с упоением рассуждают о кровожадных пришельцах на тарелочках и нашей неготовности к галактическим потасовкам.
Смотришь и думаешь — а о чем им еще говорить-то? Давно известный трюк: не запугаешь — не продашь…

Однако кто такой этот самый страх? Откуда берется и для чего нужен? И ведь нужен, если остается столь востребованным. Два подхода. Оба, на мой взгляд, вполне удовлетворительны. Выбираем на свой вкус.

Вот если с этого крана, который прилепился к небоскребу, упадет то, что он с таким изяществом тащит в небо? Расплющит? Разумеется. Страшно? Еще как. А если познакомиться с милой крановщицей Машей, которая там всякие рычажки дергает и заставляет это чудовище проявлять то самое изящество? (Не нравится Маша, пусть будет Петя). И где тогда страх? Не просто исчез, а еще и может трансформироваться в нечто безмерно более нежное…

К чему это? Да к тому, что боимся мы следствия, не понимая причины. А покажи нам (или лучше — научи нас различать) истинную причину реальности — и любой вид страха останется воспоминанием.

Другими словами, когда мы признаем только дела Создателя, мы склоняемся к страху перед ним, когда же мы начинаем понимать и ощущать личность и характер истинного Бога, мы все больше начинаем его любить. И любим — за то, чем он является, а не боимся за то, что он творит.

Второй подход связан прежде всего с тем, что мы называем самоограничением.
Принцип эволюции исключает развитие в нас этого важного и необходимого качества. Поэтому и обеспечиваются внешние ограничения, самыми характерными из которых являются голод и страх, существенно сужающие наш выбор.
Вполне очевидно, что чем ниже уровень развития, тем уже должен быть выбор, иначе — такого навыбираем, что скоро и выбирать некому будет…
По мере же нашего роста, внешние ограничения ослабевают, но они начинают компенсироваться уже внутренней сдержанностью — теми самыми этическими и нравственными нормами развитого общества.

Отсюда вывод. Страх — необходимый и характерный элемент жизни неразвитого и невежественного человека. А еще — тех из нас кто пока не увидел в своей жизни Источник этой самой жизни… Страх нужен, но — временно. Правда, время здесь — эволюционное и измеряется многими поколениями людей, но кто сказал, что так уж необходимо быть как все?

Ничто нас не ограничивает в наших стремлениях освободиться от мучительного страха непонимания дикарей и выйти на светлые просторы признания, осознания, благодарности и любви к нашему общему Отцу уже сейчас, не дожидаясь когда до этих высот дотянется все наша планета.

Для начала можно поучиться различать оттенки страха. Там, где раньше действовал сковывающий ужас — попробовать практиковать разумную осторожность. Постепенно. Не сразу. Но настойчиво.

Там, где раньше нас смущало и пугало отсутствие навыка — например при общении с незнакомыми или просто при установлении контакта — попробовать поправить ситуацию, развивая те самые недостающие качества.

Боишься экзамена? Почаще экзаменуйся. Боишься несоответствия? Ищи пути для более четкого представления своей позиции.

Ну а если боишься выдуманных сказок с плохим концом — неважно, из телевизора, с амвона или просто от неадекватных попутчиков — то достаточно вспомнить, что Бог есть Любовь и в нем нет и не может быть никакого страха.

Мера страха — это точное отражение нашего невежества в отношении Источника. Такой мерой можно и нужно пользоваться на пути нашего взросления, но бесполезно брать с собой весы туда, где невежество, а вместе с ним и страх, растворяются без следа.

Радость, чуткость в отношениях и четкость в реакциях — намного более надежные проводники при контакте с беспредельностью нашего восхождения.

0 Комментариев

Оставить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Scroll Up
Share This