Свежесть жизни

Страх — главный поработитель человека, а гордыня — его огромная слабость (142:0.2).

Гордыня, самопревозношение всегда ослабляет человека, делая его одиноким и потому уязвимым. Но самое отвратительное в неуемной гордыне — это иллюзия вершины. Когда нам кажется, что мы выше всех, то отрицание Источника, Бога становится неизбежным. Отрицая же все, мы становимся ничем. “Гордыня предшествует падению”.

Все мы в той или иной степени, в то или иное время, но бываем горды, считаем, что “нам есть, чем гордиться”. Предметом гордости могут стать личные достижения, или успехи в семье, или в государстве, но пока еще не на планете. Думаю, что такая гордость вполне оправдана, ибо подчеркивая наши возможности, оставляет пространство для роста и изменений. Любой рекорд может быть побит. А любой успех всегда перекрывается следующим достижением.

Но вот когда гордость превращается в гордыню? Наверное с того момента, когда мы не просто стремимся к большему, а начинаем отрицать меньшее. Не просто “сильный”, а “самый сильный”. Не просто “быстрый”, а “самый быстрый”. Не просто “святой”, а “святейший”. Ну и подобное. В гордыне проявлено не достижение, а превозношение. Другие просто остаются за стеной иллюзорного превосходства. Картина печальная, ситуация плачевная и вызывает единственное желание зажать нос и отойти в сторону, ибо в гордыне человек быстро вырождается в зверя. Гордыня не просто ослабляет, а расслабляет до потери человеческого облика. Увы.

Страх же порабощает своей однозначностью, примитивностью и отсутствием необходимости думать и делать выводы. Страх удобен, ибо лишен усилий и чужд какому-либо развитию. В страхе все “понятно”. Есть флажки, за которые нельзя заходить, а значит есть и дорожка, по которой можно шагать. Вот только установщик флажков неведом, да и дорожка скорее всего ведет на скотобойню. Ну так это когда, а пока — все просто, причем для всех. Жуй корм и производи навоз. И ничего не бойся, ибо страх — он там, а мы здесь. За флажками. В навозе. Зато в своем.

Говорят, что самые ужасные ошибки совершают те из нас, кто не имеет опыта страдания, а значит чужд какому-либо состраданию. И здесь гордыня и страх становятся пусть и временными, преходящими, но доступными и даже полезными преобразователями нашей животной сущности. Выход за внешние и привычные ограждения — это всегда путь испытаний. Преодоление липкого страха — это глубочайший трансформирующий опыт, а избавление от плесени гордыни — опыт очищающий.

Остается посмотреть повнимательней и подумать поглубже. И не только вокруг. Даже не столько. Кто-то там про патриотизм? Про правильную веру? Про “самое-самое”? Или про “самого-самого”? Не попахивает ли примитивной гордыней? Прочистить нос и принюхаться. А заодно и проветрить мозги от накопившегося мусора. Тогда и плесень заметим. И не только в потаенных углах, но везде. И пора бы наводить порядок. Да, много. Да, противно. Да, мешают те с забитыми пока еще носами. Но ведь уже не страшно? Уборка приятна разминкой и результатом. А еще — преодолением беспомощности. Стоит только начать. Но с себя. А дальше — как только заблестит в одном месте, то и остальное устремится к чистоте и свету. Гордыня растворится в служении, а страх останется средством преодоления и достижения иных уровней жизни.

Радость и свобода не живут рядом с гордыней и страхом, но рождаются по мере преодоления как того, так и другого. Радость вырастает на обломках когда-то могущественного и казавшегося непобедимым страха, а свобода раскрывается по мере очищения от животного самопревозношения. Но чтобы наслаждаться тонкими ароматами радости и свободы нам просто необходимо почистить все — как внутри, так и снаружи. Результат того стоит.

0 Комментариев

Оставить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Scroll Up
Share This